В поселке было тихо и пусто. На идеально чистом перекрестке томился на солнце одинокий кибердворник. Из жалости ему бросили горсть листьев — кибер сейчас же ожил и принялся за работу». Это сцена из книги «Полдень. XXII век» братьев Стругацких, которые описали обыденный колхозный трудовой день «мозгующих людей». В процессе коллективной мозговой атаки они сидели в лаборатории и красиво, зажигательно думали.
«Полдень» — классическая утопия, даже имевшая международное значение. Социолог Ричард Барбрук в свое время писал, что именно прелесть русской коммунистической утопии заставила американцев заняться выработкой концепции постиндустриального общества: «Американцы остро нуждались в будущем: у них было неплохое настоящее, но будущее у русских было лучше, вот в чем дело».
В «Полдне» Стругацких не слащаво, но — «интересно». Это главное слово, основная скрепа, держащая всю повседневность будущего: «Работать интереснее, чем отдыхать». Думать — острое удовольствие. Люди будущего заняты творчеством, а физической работы для них больше никакой нет. Только подвиг и интеллектуальная жадность.
И это же логично? Вкалывают роботы — счастлив человек, с детства слышали. Понятная картина грядущего для любого из нас, сегодня владеющего, скажем, роботом-пылесосом и спокойно ожидающего пополнения своего будущего невольничьего киберпарка. Максимальное освобождение от грязного труда во имя творческих наслаждений.
Тем неожиданнее контраст между ожиданием и реальностью. Пришел 26-й год XXI века — и та-та-тадам! Эксперты исследовательского отдела Microsoft составили списки 20 профессий, находящихся в зоне риска в связи с развитием ИИ, и 20 специальностей, пока неубиваемых. Итак, творчеством занимаются чат-боты. Вы бессмертны, если вы сантехник. ИИ не лишит вас будущего, если вы кровельщик, массажист, строитель, бальзамировщик трупов, водопроводчик, пожарный, ветеринар, специалист по ремонту лифтов, смотритель мостов и шлюзов, посудомойщик или хирург. Это ручной труд на земле — от самого простого до изощренного.
